- Степан
Николаевич, разрешите?
- Мать
моя, Коля! Какими судьбами? Драгоценный ты мой, как я рад, как рад! Да проходи же ты, не стой на пороге. Я
так рад, слов нету! Ты сам приехал?
- Да
вот, как видите, сам.
- Ты
это Коль, снимай пальто. Давай снимай.
Дай помогу.
- Не
беспокойтесь, что вы.
- Проходи
в гостинную, а я схожу позову дочь, Лариску мою. Как же ты обрадовал
меня. Наверное устал с дороги. Бледный весь.
- Да
как сказать...
- Ладно,
сейчас позову прелесть мою. Прелесть мою сейчас позову. Видишь рифма какая.
Уважаю рифму. Рифма дело не простое.
- Степан
Николаевич, да что вы в самом деле...
- Не
стой как вкопанный, проходи. Чувствуй себя как дома. Я мигом. Лариса, дочка! Лариска, где ты
радость моя? Лариса, пупсик!
- Что
стряслось, пап?
- Тьфу
ты, напугала. Чего не отзываешься?
- Ну
занята я пап, мне завтра зачет сдавать.
- Ну
ничего страшного. У нас гость, найдёшь пять минут.
- Ну
пап, ну я же просила тебя!
- Хватит
ныть. Потом закончишь. Ты же у меня способная. Подойди милая, вот, знакомьтесь. Николай, мой хороший друг.
- Лариса.
- Очень
приятно, Николай.
- Коля
мой старый, хороший друг, хотя я намного старше. Я не ладил с
сотрудниками нашего отдела. А с ним, вот... Хотя не ожидал что навестит меня.
Честное слово.
- Пап!
- Нет.
Подожди, не хорошо так. Она торопится, она занята. Вся в маму. Вылитая Надежда
Валерьевна, царствие ей небесное. Эх жизнь- суета. Ну да ничего, вы тут
поговорите, а я схожу принесу чего
нибудь покрепче
- Вы из далека приехали?
- Лучше
на ты. Не такой уж я пожилой. А прилетел
из Челябинска, сегодня утром. Думаю, дай повидаю Степана Николаича
нашего. Давненько не видел отца твоего. Было время, трудились вместе, в депо,
неразлучные товарищи. А потом, пути наши разошлись. Сама понимаешь, время - дело
скользкое.
- А вот
и водочка - селедочка! Помнишь Лариса, помнишь?
- Да
как не помнить дядю Мишу.
- И не
верится даже. Вспомни его песенку, всё напевал как старая пластинка.
Удивительный был человек! Как там у него...
Жизнь приходит и уходит,
Как любимая в ночи.
Ты прости её..
- Да
нет, пап...
Жизнь приходит и уходит,
Как любимая в ночи.
Ты не плачь, не плачь мой милый.
Ты прости ее, прости.
- Умница папина, всё помнишь. Неплохие стихи, правда Коль? Простые вроде, но сердечные. За Михаила, за Наденьку мою, за встречу! Выпьем и
прочувствуем жизнь, как говаривал Михайло. Простим врагам обиды, а смерть
простит нас!
- Пап,
ну что ты!
- Извините
старика, расчувствовался малёхонько. Сердце не минерал!
- Бывает
Степан Николаевич...
- Скажи
Николай, ну как тебе мое сокровище? Лариска, моя красавица? Ну говори, не таи!
- Пап!
- Дочь
у вас, Степан Николаевич, действительно...
- Это
она в маму свою уродилась. Прошлым летом, возвернулся как-то с рыбалки, ноги
ели держут. Вхожу в дом, вижу, Надя
стоит передо мной. Надюша! Не знаю с чего я на колени упал, обнял ее. Рыдаю
как младенец! Надя, Надюшенька. Вернулась, кровиночка!
А это
оказывется Лариска была. Представляешь? Святые угодники, как годы пролетели! Эх, да что я о себе всё. Давай еще по маленькой! Хорошо идут. А ты Коль,
рассказывай, как у тебя? Говорят уволился с депо...
- Правильно
говорят. Утомился я Степан Николаевич. После ссоры с Бугаевым, вы помните?
- Забудешь
такое, как же!
- Ну
вот, после этого многие смотрели на меня исподлобья, как на спекулянта. Да
какое им дело до этого? Кто прав, кто виноват... И что мне оставалось? Махнул
рукой. Пытался устроится на базу, к Виктору Мефодьевичу. Кстати, вы не в
курсе? Сына его младшего Алешку, знаете?
- Не
пугай меня!
- Странный
парнишка, разобрал собственноручно грузовик, там же, на базе. Виктор Мифодьевич
чуть не оштрафовал шофера! Если б не
ребята, избил бы до полукрови!
- Как
же так? Вот напасть! Помню, помню
Алексея. Шустрый мальчуган, кудрявый такой.
- Вот.
Не подфартило значит, с базой, тем более что Настя моя настаивала на переезд.
- И
что?
- Переехали, понятное дело! В Челябинск.
- Да ну
тебя!
- Честное
благородное, квартира уютная, в самом центре. Три комнаты, гараж.
- Вот
здорово! Вот молодцы! А Настюха как?
- Настя
в положении, на пятом месяце. Все малосольные слопала.
- Ну ты
сокол! Выпьем значит, за первенца! Мужик - Николай, рад за тебя! Лучше поздно
чем никогда! Лариса, сходи-ка принеси
еще огурчиков. И проверь чего скулит
Бубен.
- Не
Бубен ,а Бубенчик!
- Бубенчик,
Бубенчик... Ты бы лучше за ним присматривала, а то занесла в хату, а сама с
подругами мотаешься.
- Будет
тебе ворчать. Щас схожу.
- Погоди
Лариска, постой. Чуть не забыл. А ну покажи нам свои марки новые, негашенные.
- Пап,
не сейчас!
- Ты жe у меня на первом курсе, как ни сейчас?
- Папа!
- Не
перечь отцу! Принеси альбомы, кому сказал!
- Ну,
папа!
- Молчать
я сказал! Дылда рослая!
- Степан
Николаевич, может не надо?
- Не
вмешивайся, Николай. Это дела семейные?
- Папа, ну пожалуйста! Прошу тебя, мне неудобно!
- Да ты
кому перечишь... сопля! Чего нюни
распустила, чего скулишь?
- Степан
Николаевич!
- Не вмешивайся! Я с тобой ещё погутарю, насчёт твоего самовольного ухода из
депо! А ты дочка сними нас с Николаем на память. «Зенит» работает?
- Работает!
- Давай сымай в профиль. А ты любезный, поверни свою
физиономию. Снимай снизу, ишь ты, Джон Дуан.
Стой дочюра, куда собралась? Куда пошла, неугомонная? Снимай ещё!
- Папаааа..
- Помолчи,
несмышлённая. Затвор, вот так, вот! Сиди Николай, вот леший, испачкала прибор.
Вытри пятна. Так... теперь в анфас давай, на колени! Спереди, вот так! Покажи
гостю класс! Покажи, вот так! И не дрожи! Ну что Николай, как тебе артистка
наша?
- Ради
Бога, Степпан Николаевич!
- Да ты
что, Коля... Не уважаешь меня? Да я тебя золотом осыплю, понял? Видишь сейф,
видишь? Это не то
что дядя Миша, это покруче! Так так, давай, показывай альбомы! Марочки! Языком не зализывать. Язык не высовывать. А теперь пальчиком,
пальчиком малолетка! Во так, послушные
ребята! Вытри масло, во размазала! Смотрим дальше! Стой, ну ты неуклюжий, ей
богу, ты марки хоть раз в жизни видел? Молокососы! Рядом! Вон как надо, видишь? Смотри сюда! Во
как надо марки лизать! Любя! Марки это нежная вещь, деликатес! Вишь какая
картинка, какие цвета! Смотри сюда Николай. Вот так надо лизать! Видишь? И чтоб два пальца в кляйсер! Вот так, чтоб сухие
были... Она обожает марки. Правда обожаешь? Дочька... Правда? Я должен сто раз тебя спрашивать? Ты, слишком
стеснительная? Это она в меня. В папу свего. Я прав, дочюра?.
- Ааааа......
- Так
значит, меняйтесь местами, рядом с гостем сидеть, будешь марки показывать и
пояснения давать. Чтоб дух у дяди встал, а то смотрю, ни туда ни сюда. Потом,
дядя Коля тебе о себе расскажет, да так,
чтоб ты завтра зачёт на пятерку сдала! Вон у Коли, руки дрожат от волненья! Давай дочька, покажи как
ты умеешь рассказывать про марки! Не бросай гостя в обиду! Хватит смущаться. Хватит я сказал! Хе хе... Показывай, показывай, чтоб он на всю
жизнь запомнил! Чтоб у него глаза заблестели! Умница дочь, студентка моя! Давайте, продолжайте, разглядывайте, а я пойду позвоню. Если двинетесь с места,
обижусь. Куда это блокнот мой запропостился. Ах вот ты где. Та-а-ак.. Тридцать
три... Мммм. Нет... Три, три, пять... Мммм. Так... Алe. Алe! Да что за хрень, пять
восемь, сорок пять. Три. Мммм... Успех находит и отходит… Алё, Ванятка. Это
Степан. Слушай. Приехал друг мой! Да! Запряги
гнедого мерина и подкуй по дороге янтарную сивую! Захвати антенну и не забудь зелёный крупнолистовый! Да! И горчичники! Да да, жду! Только
поторопись, молоко стынет! Нда, ясно дело, гнедого здесь почистим. А-а-а. Ну это понятно. Жду!
Так так, ну что тут? Вы чего? Что за простой? Мы ж
договорились, ребятушки - ягнятушки. Я же просил, не останавливаться. А? Ты
чего, Ларис? Чего глаза отводишь, доча? Что, заалела, зарумянилась? Ну правильно,
от чувств не только растеряться можно! Ты, Коль Анжелику читал?
Нет? Вот прочтёшь, тогда и уразумеешь
всю эту катавасию. Хватит
молчать, хватит! Вот неряхи, испачкали весь диван клеем марочным. Лучше тебе
не читать Анжелику! Читай Алесю! Хотя, не докумекаешь! А вот и Вано
стучится. Наконец! Пойду открою. Ну что дочька, соскучилась по Ване,
соскучилась?